Технология фотосъемки

Напомню для сравнения фотографию послереволюционной поры. Несмотря на то, что в те годы уровень фототехники был весьма невысок, да и мало ее было, правдивая, выразительная летопись жизни более чем полувековой давности производит сегодня очень сильное впечатление. Не следует, впрочем, думать, будто замечательные документы, оставшиеся от эпохи 20-х и 30-х годов, возникли сами собой, без сознательно поставленной цели. Фотография того периода остро чувствовала, если можно так сказать, свою социальную ответственность, понимала необходимость поведать будущим поколениям о происходящих в стране гигантских общественных преобразованиях. Для выполнения этой задачи отыскивались специальные средства, позволявшие наиболее полно и пристально запечатлеть многообразие жизни. Близкие к Маяковскому фотографы группы «Октябрь», возглавляемые А. Родченко и Б. Игнатовичем, выдвинули тогда лозунг длительного фотонаблюдения. Человек с камерой, согласно этому плану, должен был месяцами жить бок о бок со своими будущими героями, постигать в подробностях особенности их труда и быта. Постоянное соседство фотографа, с другой стороны, снимало чувство напряженности и неестественности, которое нередко охватывало людей при встрече с репортерами. Г. Петрусов, например, в течение двух с лишним лет снимал на строительстве Магнитки, следя шаг за шагом, как на пустом месте возникал, рос металлургический гигант, а вместе с ним менялись, мужали люди. Он оставил впечатляющую коллекцию снимков об индустриализации нашей страны. [an error occurred while processing this directive]

Длительное фотонаблюдение (или, как стали позже называть этот вид съемок, «привычная камера») позволило фотографии сделать шаг вперед по пути подробного и правдивого рассказа о многообразной и постоянно меняющейся действительности. Следующий шаг получил название «скрытой камеры». Он был основан на том, что участники фиксируемых событий не знали о присутствии камеры. Фотографы нередко пользовались аппаратами, вмонтированными в корешки книг, театральные бинокли, даже мужские галстуки. Некоторые (например, Илья Эренбург, снимая фотоиллюстрации к своей книге «Мой Париж») предпочитали боковой видоискатель. Все это делалось для того, чтобы во время съемки запечатлеть жизнь в ее нетронутом виде, захватить, используя термин, пущенный в оборот знаменитым кинорежиссером-документалистом Дзигой Вертовым, «жизнь врасплох». Пользоваться «скрытой съемкой» в 20-е и 30-е годы, когда на вооружении большинства даже самых известных репортеров был только объектив с фокусным расстоянием 50 мм, было очень сложно. Вспомним, как за несколько лет до начала войны сам Родченко публично признавался, что работает одним лишь «полтинником»: тут уж, конечно, нужно проявить максимум изобретательности, чтобы оставаться незамеченным окружающими. В 60-е годы, в пору широкого распространения длиннофокусных объективов, «скрытая камера» стала у нас весьма популярной. Это был период, когда репортажная фотография переживала бурный расцвет. Камера стала буквально вездесущей, фиксируя не только хоть сколько-нибудь значительные общественные события, но и посягая на раскрытие мира чувств человека. Некоторым такое любопытство камеры показалось недопустимо назойливым. В «Литературной газете» прошла дискуссия по поводу «скрытой камеры»: в ней выступили журналисты, фоторепортеры и даже юристы, обсуждавшие не только этическую, но и правовую сторону проблемы. Некоторые поспешили поставить под сомнение самый прием съемки. К счастью, намерение «горячих голов» ограничить возможности фотографии в фиксации разнообразия жизненных событий осуществлено не было. Одна из самых действенных форм добычи «фотофактов» продолжала развиваться.

В следующее десятилетие «телевики» стали уступать место «широкоугольникам»: это, впрочем, было не только сменой одной моды другой. В известной мере изменялся и самый подход к решению задачи. Камера перестала таиться, но от этого непосредственность происходящего на снимке не очень пострадала. Вместе с тем короткофокусная оптика позволила расширить границы мира, вмещающегося на фотографии. Между камерой и жизнью устанавливалась связь, похожая на дружеское сотрудничество: люди на снимке нередко откровенно смотрели в объектив и вместе с тем оставались сами собой. Возникла ситуация, при которой, казалось, радикальные принципы «строгого» репортажа соединились в прихотливый союз с тем, что было принято называть «постановкой». Прочтение реального жизненного содержания в этих фотографических «кентаврах» стало весьма непростым делом. Оно потребовало включения в наш анализ такого важного объекта, как автор снимка, фотограф, его творческий замысел. Но об этом — в следующей статье.

Б. ИГНАТОВИЧ
МОЛОДОСТЬ. 1930-е гг.

 


Д. ФАСТОВСКИЙ
НЕЖНОСТЬ. 1960-е гг
.


Д. НИКИТИН
В УКРЕПЛЕНИИ ЗИАРЕТ, РУССКО-ТУРЕЦКАЯ ВОЙНА. 1870-е гг.


Р. КАПА
СМЕРТЬ РЕСПУБЛИКАНСКОГО СОЛДАТА. ИСПАНИЯ. 1930-е гг.


Г. ПЕТРУСОВ
СТРОИТЕЛЬСТВО МАГНИТКИ, 1920-е гг
.


О . МАКАРОВ
«МОЦАРТ», 1960-е гг.

 


В. ТАРАСЕВИЧ
СКАЛОЛАЗЫ НУРЕКСКОЙ ГЭС, 1970-е гг.


П. КРИВЦОВ
ЧЛЕН ПАРТКОМА,
ТОКАРЬ Ю. М. БУТУСОВ. 1980-е гг.


На главный раздел сайта: Выполнение курсовых