Технология фотосъемки

В случае, подобном названному, заслугой фотографа стало то, что он не пропустил кульминационного — единственного — момента события. В других, например в серии В. Тарасевича «Мальчишки и девчонки», — то, что он в целостном и не столь уж кратком по своей протяженности событии выбрал неожиданные и весьма выразительные моменты. Распри между мальчишками во дворе, конечно, не столь уж трудно достижимый для фотографа сюжет. В. Тарасевич компенсировал доступность сюжета тем, что он сумел проникнуть за его внешние покровы. Кстати, непомерная эксплуатация «склонности» фотографии к исчезающим моментам, становится для многих возможностью создать эффектный снимок при минимальной затрате творческих сил. В снимках Ю. Долягина «Вперед — к победе!» и «Вратарь» задача фотографа была сведена к минимуму: направить объектив в определенное, заранее известное место и ждать, когда в поле его зрения окажется в одном случае прыгун, в другом — вратарь. В случае, если фотограф не успеет «схватить момент» в такой ситуации, то через минуту-другую он сможет еще и еще раз повторить свою попытку.

В. Гарасевич
Из серии «Мальчишки и девчонки»

Ю. Долягин
Вперед к победе!

Ю.Долягин


Многие не делают различия между тем качеством фотографии, которое связано с приверженностью к документально-подлинной, неинсценированной действительностью, «скрытой камерой», с одной стороны, и «неожиданно и быстро исчезающим», — с другой. На самом деле, при известной взаимозависимости этих принципов, они весьма несхожи... «Скрытая камера» фиксирует моменты, которые могут быть и не короткими, не исчезающими: их определенность состоит в том, что они касаются так или иначе внутренней сферы, которая почти инстинктивно, по привычке нами скрывается от постороннего взгляда. Поэтому проникновение в нее требует от фотографа стать «невидимкой».

Исчезающие моменты, напротив, чаще всего касаются внешнего контура событий, причем фотографу нет никакой необходимости скрывать свое присутствие: история не стыдится своих летописцев. Другая «склонность» фотографии в чем-то сродни названной выше: если там речь шла об умении камеры фиксировать мельчайшие нюансы во времени, то тут — в пространстве. Я имею в виду ни с чем не сравнимую способность фо тографии воссоздавать объекты, пластическая прелесть которых состоит в множестве мелких деталей. То, что редким виртуозам-живописцам прошлого, скажем Кранаху, Босху или Грюневальду, давалось с величайшим трудом, — фотограф достигает с легкостью, способной вскружить голову любому обладателю съемочного аппарата. Снимок может с поразительной точностью передать оконное стекло, все сплошь усеянное мельчайшими каплями дождя, — то, что для живописца было бы поистине титаническим трудом. Думаю, что фотограф, который первым избрал такой сюжет для своего снимка, совершил открытие, вполне в русле возможностей, присущих новому средству выразительности. Он впервые передал изобразительно образную метафору «плаксивая погода». Сегодня снимки через дождливое окно стали общим местом в фотографии. Я видел снимки венгра Деметера Балла, поляка Тадеуша Суминьского и наших соотечественников, в которых мотив плаксивой погоды был использован без особой изобретательности: в них попросту использовалась сила, присущая фотографии.


На главный раздел сайта: Выполнение курсовых